Михаил Чевега — московский поэт, драматург, автор песен. Также он является финалистом всероссийских поэтических слэмов и автором пяти сборников стихов и поэтических пьес. Корреспонденту ГИТР-ИНФО Валерии Руденковой удалось взять интервью, в котором поэт поделился своими взглядами на творчество и будущее.
- Что для вас поэзия?
— Это необязательная вещь, по большому счету. Просто это такая штука, которая расширяет сознание незапрещёнными веществами. Это способ по-другому взглянуть на жизнь и улучшить её качество.
- Опишите ваши чувства, когда вы написали само стихотворение и его перечитываете.
— Это касается не только стихотворений, но и всего творчества. Результатом написания, придумывания является некий щелчок внутри, что да, это клёво и классно. Вот такая там пушкинская сентенция, когда он написал “Бориса Годунова”, он бегал по комнате, хлопал себя по ляжке и кричал: “Ай да Пушкин, ай да сукин сын!” То есть та же самая модель. Она, я думаю, близка и понятна любому творческому человеку, который придумывает что-то новое и необычное. Так происходит, когда результат круче, чем замысел.
- Сейчас искусственный интеллект стремительно развивается. Как вы относитесь к этому? И считаете ли вы, что он сможет заменить какие-то творческие профессии?
— Наверное, да. Вопрос во времени и в обучаемости: сможет ли искусственный интеллект фантазировать на уровне человека. Сейчас проблема искусственного интеллекта в том, что он пока все усредняет, так как обрабатывает огромный массив информации, который уже существует, и в итоге делает что-то среднее по больнице. Мне кажется, вопрос в другом — насколько это интересно будет аудитории, ведь любое усреднение ведет к скуке. Встает вопрос: зачем людям, собственно говоря, искусство искусственного интеллекта. Как ни крути, все равно формула “человеку нужен человек” всегда работает. Мне кажется, это просто перейдет в две какие-то параллельные категории, и человек сам будет выбирать, что ему нужно.
- Вы выпускаете музыкальные альбомы на стихотворения ваших любимых поэтов и на свои стихи тоже. Как вам пришла такая идея?
— Я начинал писать песни лет в 16 тогда же, когда и стихи. Потом эта история закончилась, были другие дела и заботы. А через 15 лет вдруг опять начали копиться стихи и распеваться песни. Их становилось всё больше и больше. Я думал, как упаковать все наработки в удобную форму и собрать группу. Я сам не музыкант, то есть могу сочинить песню и сыграть на гитаре, но не могу ее анонсировать, ведь у меня нет композиторских навыков и умений. И так получилось, что в школе индустрии мы снимали короткий метр, я пригласил своего друга, Вадика Королёва, из группы “Окуджав” (сейчас “OQJAV”) на роль, они сотрудничали с Димой Шугайкиным, прекрасным композитором и музыкантом. Мы все подружились и сделали такой проект. После первого альбома к нам присоединились ещё музыканты, и это стало более крупным проектом, который существует до сих пор. Слушателей может и не так много, но нам нравится это делать. Мы делаем какие-то непустые вещи, но дальше уже вопрос маркетинга, которым мы пока не владеем.
- Как вы считаете, нецензурная лексика в стихотворениях, это часть искусства или крик души?
— Это просто прием. Я вообще не вижу разницы между цензурной и нецензурной лексикой. Все слова просто имеют разную эмоциональную окраску. Вся эта история с цензурой и этими маркировками книг — это какие-то свои игры. Но, по-хорошему, если мы берём словесность, как филологию, как вид науки, то там любой филолог скажет, что это часть культуры и даже культурного кода. Её даже бесполезно как-то смахивать с доски, она просто вшита. То есть все всё равно произносят нецензурную лексику, выкрикивают её.
Автор текста: Валерия Руденкова, студентка факультета журналистики ГИТР (ДЖ12)
Автор фото: из Телеграм-канала поэта
Редактор: Алина Коновалова, ДЖ12
—